Июнь 1941 года: Владивосток

21 июня 1941 года краснофлотец Николай Кукель-Краевский, служивший на подводной лодке «Малютка», впервые получил увольнение в город. Мальчишкой он бывал во Владивостоке с отцом, и теперь заново узнавал улицы, впадающие в Золотой Рог и Амурский залив, и железнодорожный вокзал, пришвартованный к Тигровой сопке рядом с кораблями. Дошел до центра города, постоял возле памятника адмиралу Невельскому, присел на парапет…
Со времён революции монумент претерпел серьёзные изменения: гранитную вершину вместо державного орла венчала красная звезда, бронзовый бюст адмирала был перенесён в музей, а рядом с памятником появилась братская могила революционеров, погибших в борьбе  за власть Советов. Появилось и новое официальное название: памятник Жертвам революции. В городе оно не прижилось, и народ упорно назначал место встречи «у Невельского».
В последний день мира перед великой войной жара стояла неимоверная. Золотой Рог плавился и слепил глаза. Матрос, сидящий на парапете,  ушёл в свои думы и на оклик патруля отозвался не сразу. Меж тем  патруль возглавлял сам комендант города. Потребовав увольнительную, он пристально оглядел моряка, задержав взгляд на флотских брюках. Клеш был в моде, но носить его не разрешалось: клинья нещадно вырезали и виновных отправляли на гауптвахту. Форма Николая была в порядке, но комендант все же сделал замечание:
- На памятнике сидеть не положено!
- Так это не просто памятник. Это моему прадеду памятник, – пояснил, улыбнувшись, парень.
Сузив глаза, комендант всмотрелся в него, и суровое лицо на миг смягчилось:
- Похоже, перегрелся… Иди-ка, сынок, на корабль. А может, в госпиталь тебя сразу отправить?
- Есть на корабль! – коротко отозвался матрос, вставая.

Утром 22 июня он одним из первых подаст рапорт  командиру с просьбой направить добровольцем  на Балтийский флот, либо в  действующую армию. Спустя два дня Кукеля-Краевского вызовут к командиру дивизиона и объявят решение командующего Тихоокеанским флотом адмирала И.С.Юмашева: в отправке на Балтфлот отказать, из плавсостава отчислить и направить в распоряжение инженерного отдела флота. Отец Николая был Юмашеву хорошо знаком, и адмирал гневно вопрошал начальника политотдела: как сын «врага народа» оказался в плавсоставе?..  
А поскольку Николай будет упорно подавать  рапорт за рапортом, добиваясь отправки на фронт, ему в конце концов дадут... десять суток гауптвахты. Трудно сказать, как сложилась бы судьба моряка дальше, если б не комиссар батальона.
- За патриотизм у нас не сажают! – заявил он в политотделе базы. – Сын «врага народа» тоже имеет право защищать Родину.
Николая  выпустили с «губы» и он продолжил службу на флоте. А в августе 1942-го, в составе 1-й добровольческой Тихоокеанской морской бригады отправился на фронт.

Вернуться к содержанию «Хранители духа, наследники славы…»